ОАО ИНТЕГРАЛ


Выпуск  № 14(1016) от 11 сентября 2014 года


Мировой рынок


Gartner: в 2013 году мировой рынок микроэлектроники вырос на 5%


В 2013 году объем мирового рынка микроэлектронных компонентов вырос на 5% и достиг 315 млрд долл. При этом суммарный объем продаж 25 крупнейших компаний мира вырос на 6,9%, тогда как остальные участники рынка показали в общей сложности рост лишь на 0,9%. Большую часть списка лидеров заняли производители схем памяти, отмечают аналитики Gartner, а рынок памяти в 2013 году вырос на 23,5%. Впрочем, рост объемов продаж схем памяти аналитики связывают не столько с ростом спроса, сколько с недостаточным ростом производства и повышением вследствие этого цен.
Корпорация Intel, сохраняющая первое место в списке производителей микроэлектронных компонентов, второй год подряд не может увеличить объем продаж, в основном из-за падения спроса на персональные компьютеры. Тем не менее, она по-прежнему далеко обгоняет по доле рынка (15,4%) находящуюся на втором месте Samsung Electronics (9,7%), которая с 2002 года почти удвоила свою долю, а в 2013 году добилась увеличения объема продаж еще на 7%. Компания Qualcomm, лидирующая на рынке процессоров для смартфонов и сотовых сетей LTE, нарастила продажи на 30,6% и заняла третье место в списке. За ней следует SK Hynix, продемонстрировавшая рост на 40,8% и впервые попавшая в пятерку лидеров. Micron Technology показала рост продаж на 72,3% благодаря слиянию с Elpida Memory.
Десять крупнейших производителей микроэлектронных компонентов, 2013


Компания

Оборот, 2013 (млрд долл.)

Рост, 2012-2013 (%)

Доля рынка, 2013 (%)

Intel

48,6

-1,0

15,4

Samsung Electronics

30,6

7,0

9,7

Qualcomm

17,2

30,6

5,5

SK Hynix

12,6

40,8

4,0

Micron Technology

11,9

72,3

3,8

Toshiba

11,3

6,3

3,6

Texas Instruments

10,6

-4,7

3,4

Broadcom

8,2

4,4

2,6

STMicroelectronics

8,1

-4,0

2,6

Renesas Electronics

8,0

-12,8

2,5

Прочие

147,9

1,3

46,9

Всего

315,0

5,0

100,0

Источник: Gartner, 2014
www.osp.ru/news/2014/0414/13024083/


2014: Страны защищают свою микроэлектронику


В 2014 году аналитики Frost & Sullivan сравнили лучшие мировые практики поддержки микроэлектронной отрасли в шести странах мира (США, Южной Корее, Малайзии, Израиле, Германии и в Китае). Из данных этого анализа следует, что во всех этих странах присутствуют различные протекционистские меры по отношению к производству и разработке электроники, включая квоты на импорт и тарифные и нетарифные ограничения.

Аналитики Frost & Sullivan сравнили лучшие мировые практики поддержки микроэлектронной отрасли в шести странах мира (США, Южной Корее, Малайзии, Израиле, Германии и в Китае). Из данных этого анализа следует, что во всех этих странах присутствуют различные протекционистские меры по отношению к производству и разработке электроники, включая квоты на импорт и тарифные и нетарифные ограничения.
2012: Снижение продаж до $298 млрд (-3%)
Мировой объем продаж микросхем в 2012 году составил 298 млрд долл., что на 3% ниже по сравнению с 2011 годом, но аналитики Gartner полагают, что в 2013 году рост все-таки возобновится.
По прогнозам декабря 2012 года, в 2013 году объем рынка может достичь 311 млрд долл. Ранее в Gartner предсказывали рост до 330 млрд долл., но общее положение в экономике и факт наличия больших запасов на складах вынудили аналитиков понизить прогноз.
Даже на устойчиво растущем рынке микросхем для смартфонов отмечено замедление роста, хотя он остается ведущим фактором роста мирового рынка микроэлектроники.
У корпорации Intel — крупнейшего в мире производителя микросхем — продажи в 2012 году упали на 2,7%, составив 49,3 млрд долл., отмечают в Gartner. Причины этого аналитики видят в низком спросе на ПК, как из-за слабости экономики, так и из-за переориентации потребителей на планшеты и смартфоны.



У Samsung Electronics, являющейся вторым по величине производителем в мире, продажи упали на 8,7%.
Зато Qualcomm удалось увеличить их на 29,6% по сравнению с показателем 2011 года и переместиться с шестого на третье место в мире[1].
http://www.tadviser.ru/index.php/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F:%D0%9C%D0%B8%D0%BA%D1%80%D0%BE%D1%8D%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0_(%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D1%80%D1%8B%D0%BD%D0%BE%D0%BA)


Аналитика/Прогнозы


Электронные компоненты (рынок России)


2012-2013
Согласно данным компании Frost & Sullivan объем российского рынка ЭК в 2013 г. составил 2,7 млрд. долл. США, что составляет около 0,6% от мирового рынка. По прогнозам к 2020г. доля России в мировом рынке составит 0,9%, при среднегодовом темпе роста равном 18%, что на 7% опережает мировые показатели.

За предыдущие 10 лет российский рынок электронных компонентов вырос с $624 млн в 2002 г. до $2,522 млрд в 2012 г. Таким образом объем рынка увеличился в четыре раза за 10 лет, что соответствует ежегодному приросту на 15%. Как замечают аналитики, все эти годы рост рынка электронных компонентов «отчетливо коррелировал с ростом цен на нефть».
Более 40% российского рынка электронных компонентов занимает продукция военного и специального назначения. Так, в 2012 г. 35% рынка относилось к оборонной промышленности и аэрокосмической технике, 25% к промышленной электронике, по 8% к оборудованию связи и системам безопасности. Доминирующее положение на рынке (73% на 2012 г.) занимают зарубежные производители компонентов.

Крупнейшим сегментом рынка ЭК в России остаются интегральные микросхемы, среди которых наибольшую долю занимают радиочастотные (RFID) метки, применяемые на транспорте, далее следуют компоненты SIM-карт для мобильной связи и ИС, используемые в идентификационных документах граждан (паспорта нового образца, Универсальные Электронные Карты). Вторым по значимости является сегмент аналоговых и цифро-аналоговых компонентов. Далее следует сегмент микроконтроллеров и микропроцессоров.
Последние события на мировой арене, в частности на Украине, могут оказать определенное влияние на развитие отечественной электронной отрасли. На сегодняшний день крупнейшим потребителем на рынке ЭК является ВПК (примерно 35% от общего рынка). Существует потенциальная угроза сворачивания сотрудничества по ряду направлений исследований, где ключевым фактором является присутствие западных специалистов и технологий. С другой стороны, сложившаяся ситуация может стать дополнительным мощным стимулом для развития собственных исследовательских проектов и производств в ключевых рыночных сегментах на всей цепочке создания стоимости, начиная от материалов и заканчивая модулями и готовой продукцией.
Несомненно, для создания конкурентоспособного рынка микроэлектронной промышленности в России необходимо разработать и внедрить комплекс эффективных мер, направленных на поддержание и дальнейшее развитие сотрудничества между государством и частным сектором. Наиболее важными вопросами, которые предстоит решить являются: расширение областей применения отечественной компонентной базы, дальнейшая диверсификация рынка, внедрение последних технологических наработок в производство.
Аналитики Frost & Sullivan описывают четыре сценария, по которым может развиваться отечественная микроэлектронная отрасль.
Согласно «базовому» сценарию, инфраструктурные изменения в России будут минимальными, поддержку получат только существующие рынки, а потенциал отрасли ждет «окончательная утрата». Согласно этому сценарию, к 2025 г. российский рынок микроэлектроники достигнет $3,6 млрд.
«Выборочный» сценарий описывает ситуауцию сохранения статус-кво. При ней поддержку получат одиночные технологические направления или отдельные отрасли - потребители микроэлектроники. В этом случае к 2025 г. ожидается рост рынка до уровня $4 млрд.
«Прогрессивный» сценарий предусматривает постепенное развитие отрасли, «инвестиции в привлекательные направления» и изменения в отечественной сфере НИОКР: кадровые и законодательные. При реализации этого сценария микроэлектронную отрасль в 2025 г. ждет объем рынка $5,3 млрд.
Наконец, ситуацию высокого благоприятствования, когда отрасль получает «целый комплекс мер поддержки» и полномасштабно развивается, аналитики назвали идеальной моделью развития, которая может обеспечить отечественной микроэлектронике приближение к мировому уровню. Ей соответствует «агрессивный» сценарий развития, подразумевающий выход рынка к 2025 г. на отметку $7,2 млрд[1].

2002-2011
Отечественный рынок электронных компонентов (ЭК) исторически развивался при активной поддержке государственного сектора, обеспечивая нужды оборонной промышленности. Крупнейшим потребителем на рынке по-прежнему остается авиационный и военно-промышленный комплекс. За последние 10 лет, российский рынок ЭК вырос в четыре раза – с 624 млн долл. США в 2002 году до 2522 млн долл. США в 2012, что соответствует 15% темпу ежегодного прироста (данные Frost & Sullivan).
Доля электронных компонентов отечественного производства на рынке в России, по данным Минпромторга, за 2006-2011 гг. достигла 40%, при этом рост рынка с 2006 по 2011 гг. составил 6%.

http://www.tadviser.ru/index.php/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F:%D0%AD%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B5_%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BF%D0%BE%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%8B_(%D1%80%D1%8B%D0%BD%D0%BE%D0%BA_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B8)


Прочее в России


Россия и Белоруссия создадут СП по модернизации средств радиоэлектронной борьбы


Концерн "Радиоэлектронные технологии" (КРЭТ) представил сегодня на международной выставке "Оборонэкспо-2014" проект совместного российско-белорусского предприятия "РЭБ Технолоджи". Оно займется модернизацией, ремонтом и техническим обслуживанием средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ), находящихся на вооружении двух стран.
Как сообщили ИТАР-ТАСС в пресс-службе концерна, учредителями СП являются входящее в КРЭТ новгородское Научно-производственное объединение "Квант" и минская "АГАТ-системы управления.
"Согласованная маркетинговая политика сторон позволит увеличить спрос на интегрированные автоматизированные системы РЭБ, их модернизацию и ремонт в России и Белоруссии, а также расширить рынки сбыта в условиях обострившейся конкуренции на мировом рынке, - рассказал генеральный директор "Кванта" Геннадий Капралов. - По оценкам участников СП, усовершенствованные комплексы могут представлять интерес для ряда стран ближнего и дальнего зарубежья, в частности, Казахстана, Армении, Вьетнама, Кубы, Египта, Алжира".
Как сообщили в пресс-службе КРЭТа, российская сторона уже разместила на производственных мощностях "РЭБ Технолоджи" заказ по ремонту блоков и узлов, ранее производимых на предприятиях Украины. Сейчас предприятие занимается получением специальных разрешений на деятельность, связанную с продукцией военного назначения.
ИТАР-ТАСС 15 августа 2014 год
www.rosrep.ru/news/index.php?ELEMENT_ID=8453&SECTION_ID=17


Американская Applied Materials отказалась поставлять оборудование по производству микросхем памяти для московского завода «Крокус наноэлектроника»


Литографическое оборудование было отнесено к технологиям двойного назначения, которые в настоящий момент запрещено поставлять в Россию в связи с санкциями США. Из-за санкций США «Роснано» переориентируется на китайских поставщиков высокотехнологичного оборудования.
Об этом глава «Роснано» Анатолий Чубайс рассказал в  интервью ИТАР-ТАСС: «Мы находимся на завершающей стадии строительства крупного предприятия „Крокус наноэлектроника“ в технополисе „Москва“ по производству магниторезистивой памяти (MRAM). Часть оборудования должна была поставить американская Applied Materials, но отказалась. И мы нашли другого поставщика в Китае. Это пример, когда мы сумели быстро найти решение, и пуск завода не был сорван».
Марка китайского оборудования не называется, поскольку составляет коммерческую тайну. При этом сообщается, что оборудование китайских производителей практически идентично по своим свойствам оборудованию Applied Materials.
Микросхемы магниторезистивной памяти, позволяющие хранить данные при отключении питания, планировалось производить на московском заводе путем нанесения «финальных высокотехнологичных слоев» на пластины французского производства. Первая очередь завода «Крокус наноэлектроника» была запущена в октябре 2013 г, сейчас предприятие находится на завершающем этапе развития, пояснил Чубайс.
Ситуации могут быть и другими, говорит Чубайс, а эффект, производимый санкциями, в целом называет многослойным: «Часть технологий теряем, но компенсируем. Другую часть теряем и не компенсируем. А часть технологий теряют наши потенциальные потребители, которым мы попытаемся их заместить».
А. Чубайс подчеркнул, что в связи с возникшей ситуацией корпорации «Роснано» нужно переориентироваться на азиатские рынки капитала. «Надеюсь, что какие-то результаты мы покажем уже в этом году», – сказал он.
По мнению аналитиков, ориентация «Роснано» на Китай и азиатские рынки капитала имеет как плюсы, так и минусы. В условиях «санкционных войн» достаточно сложно говорить о перспективах «Роснано» по реализации проекта «Крокус наноэлектроника», полагает Тимур Нигматуллин, аналитик «Инвесткафе».
«Я не исключаю даже того, что новый поставщик откажется от сделки при ухудшении ситуации из-за геополитики. Такая же ситуация и с рынками капитала. В условиях глобализированной мировой экономики нельзя переориентироваться на определенный ее сегмент и не понести убытков от транзакционных издержек и роста стоимости заимствований», – считает он.
Сергей Васин, ведущий аналитик телекоммуникации и медиа ОАО «Газпромбанк» считает, что пока что ситуация с поставщиком «Роснано» похожа скорее на частный случай смены партнера.
«Для того чтобы полностью и без потери качества заменить американских и европейских партнеров, может понадобиться время. Тем не менее, похоже, у «Роснано» не остается выбора, и тренд продолжится», – говорит он.
Он также рассказал, что азиатские страны уже давно занимаются производством конкурентоспособных компонентов. «Полагаю, что серьезных проблем у России не должно возникнуть», – заключил Сергей Васин.
Дмитрий Баранов, ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» согласен с тем, что значение сделки переоценивать не стоит. «Роснано» давно заявляла о намерении сотрудничества со всеми заинтересованными сторонами и не будет отдавать предпочтения каким-то конкретным производителям оборудования или инвесторам, напомнил он.
И все же сделка с китайским поставщиком может оказать определенное влияние на бизнес компании, считает аналитик. «Заключаться оно может в том, что производители различного оборудования сейчас активнее будут предлагать его «Роснано», так как, во-первых, не исключено, что в других проектах могут начаться отказы поставщиков и потребуется их замена, – говорит Баранов. – А во-вторых, многие захотят заработать на поставках, так как у «Роснано» много различных проектов и оборудования требуется много».
Дмитрий Баранов считает, что в будущем предложение оборудования «Роснано» увеличится, поскольку Россия взяла курс на импортозамещение. «Многие виды товаров планируется производить внутри страны, для чего потребуются машины и механизмы, которые пока у нас не производятся», – резюмировал он.
Министр связи и массовых коммуникаций РФ Николай Никифоров и министр промышленности и информационных технологий КНР Мяо Вей на этой неделе договорились о расширении сотрудничества России и Китая в сфере информационных технологий. «Договорились расширить поставки китайских серверов, систем хранения и другой продукции в Россию и российского программного обеспечения – в Китай», – сообщил глава Минкомсвязи.
«Роснано» – не единственный пример. Санкции затронули и другие технологии и оборудование. Проблемы с поставками телекомоборудования для госзаказчиков были у компании Cisco Systems. На данный момент, возможно, в Cisco нашли решение, не только за счет локализации производства в России под другим брендом, но и благодаря передаче прав на интеллектуальную собственность, сообщает газета «Коммерсант».
Еще один недавний пример – компания Autodesk, занимающаяся выпуском систем для инженерного проектирования, которая прекратила поставку своего ПО некоторым российским компаниям. В список организаций, которые не смогут больше получать ПО и обновления Autodesk, разосланный компанией своим партнерам, включены компании из санкционных списков Минфина США.
Обеим сторонам череда санкций приносит больше вреда, чем пользы, говорит Чубайс. Андрей Зверев, глава холдинга «Росэлектроника», согласен с этим мнением лишь отчасти. «Гнилые персики в греческих холодильниках показали, что это неконструктивный путь развития событий, поэтому все устаканится», – заявил Зверев в эфире радио «Эхо Москвы». При этом он полагает, что от санкций есть определенная польза для России и даже благодарит за них западных партнеров – государство стало больше внимания обращать на отрасль, а политики получили урок и больше не думают, что «все вокруг друзья и современные технологии мы будем развивать вместе».
Предприятия, которые входят в холдинг «Росэлектроника», работают в области СВЧ-техники, электронно-компонентной базы, полупроводниковых приборов и материалов. Предприятия материнской компании – «Ростехнологии» – фигурируют в санкционных списках США. Если ситуация с санкциями будет развиваться по тому же сценарию, то, по мнению Андрея Зверева, Россия может вернуться к практике СССР, поскольку придется закупать технологии двойного назначения в обход санкций по завышенной цене через третьи страны. Что касается вопросов интеллектуальной собственности и возможных претензий, то в этом случае на них никто в России не будет обращать внимание, полагает Зверев.
Во вторник, 19 августа, обсуждение проблем импортозамещения было организовано и в зеленоградской префектуре. О достигнутых результатах пока не сообщается.

Источники: Zelenograd.ru, ComNews, «Коммерсантъ»
www.russianelectronics.ru/engineer-r/news/russianmarket/doc/69529/21.08.2014


Антон Емельянов: Если бы не санкции, российскую ИТ-отрасль ждала бы тихая деградация


Опираться на страны АТЭС, безусловно, придется, особенно в сфере микроэлектроники.
О том, какие перспективы открываются перед отечественным ИТ-бизнесом в связи с изменившейся политической ситуацией, рассказал в интервью Антон Емельянов, генеральный директор «Единой Электронной Торговой Площадки».
– Как Вы оцениваете перспективы развития российского ИТ-рынка в текущих политических условиях? Могут ли ограничительные санкции со стороны США и Евросоюза стать катализатором для развития российских ИТ?
– Я думаю, что санкции открывают перед отечественными разработчиками большие сегменты рынка, порождают спрос на отечественную продукцию. Если бы ситуация оставалась прежней, то российскую ИТ-отрасль ждала бы тихая деградация. На рынке остались бы небольшие компании, занимающиеся внедрением софта и железа западных брендов.
Никакая российская компания не может на равных конкурировать с крупнейшими западными брендами потому, что они существенно превосходят ее по своим маркетинговым возможностям. К счастью, сегодня у отечественных производителей появились новые возможности – на российском ИТ-рынке есть спрос, подкрепленный деньгами, а конкуренты из числа западных вендоров с него уходят.
– Может ли российский бизнес опираться на страны АТЭС?
– Опираться на страны АТЭС, безусловно, придется, особенно в сфере микроэлектроники. Наиболее проблемная зона российской ИТ-индустрии – это микропроцессорная техника. На этом рынке доминируют процессоры американских компаний Intel и AMD. Помимо них, есть процессоры на ARM-архитектуре, может быть, менее мощные, но очень перспективные. Их предлагают около 6–7 производителей из Китая, Тайвани, Южной Кореи, с которыми России придется сотрудничать.
Что касается отечественных разработок, то у нас существует разработка процессора Baikal. Думаю, сложившаяся сегодня ситуация подстегнет развитие микроэлектроники в стране.
– Обсуждая импортозамещение «железа» и ПО, мы не можем забывать о серьезной проблеме утечки мозгов. Как обстоит ситуация на российском рынке интеллекта сейчас и каков прогноз ее развития?
– Наша компания тесно сотрудничает c НИТУ МИСиС. Команда этого вуза по спортивному программированию недавно заняла 19 место на мировом чемпионате, опередив MIT (Массачусетский технологический институт – прим. CNews). И эти студенты не собираются никуда уезжать.
Сегодня в России существует острейший дефицит специалистов, и любой толковый молодой человек может очень быстро сделать карьеру, обеспечить себя высокооплачиваемой и интересной работой. Кроме того, в нашей стране есть много мест, где просто интересно жить – Москва, Санкт-Петербург, Крым.
Думаю, что те люди, которые уже уехали из страны, вряд ли вернутся – они уже обзавелись домом и семьей на новом месте. Однако они частенько пытаются найти себе работу на российском рынке. А для тех, кто живет в России, существуют серьезные стимулы оставаться в стране – у нас динамичнее развитие, так как рынок менее насыщен. А по уровням зарплат мы уже опередили многие страны.
– Как, на Ваш взгляд, на создавшуюся ситуацию отреагирует рынок госзаказа? Не помешает ли она запланированному введению новых видов электронных процедур?
– Государственный спрос на ИТ-продукцию – один из важнейших регуляторов рынка. Госзаказ – это серьезное подспорье для тех компаний, которые действительно хотят расти и развиваться. Поэтому появление преференций для отечественных производителей в этой сфере – это мощнейшая база для технологического развития.
Новые виды электронных процедур (запросы котировок, например) будут способствовать вовлечению российского бизнеса в единое экономическое пространство. Сегодня компании из Новосибирска не так-то легко принять участие в объявленном в Москве конкурсе. Кроме того, необходимость подготовки бумажных документов не позволяет участвовать одновременно в 10 конкурсных процедурах. Электронная форма подобные ограничения снимает.
– Известно, что коммерческие заказчики менее активно используют закупки в электронной форме, хотя потенциал этого рынка в несколько раз больше, чем в госзаказе. Сможет ли текущая ситуация стать толчком к реализации этого потенциала? Почему?
– Действительно, уровень проникновения электронных процедур на рынке госзаказа составляет около 50%, а в коммерческом секторе – всего около 5%. И такая ситуация сохраняется уже несколько лет.
Я думаю, события последнего времени не окажут на нее существенного влияния. Однако для тех, кто по причине санкций столкнется с необходимостью поиска новых поставщиков, электронные процедуры станут серьезным подспорьем и помогут быстрее сориентироваться на рынке.
– Как может распределиться рынок ЭТП после уже введенных санкций?
– Я думаю, что санкции не повлияют на структуру рынка электронных площадок. Другой вопрос, сколько их останется после нового отбора, но вряд ли будут серьезные изменения.
– Какие меры принимает ЕЭТП для того, чтобы изменение политико-экономической ситуации не стало фатальным для бизнеса и заказчиков?
– Мы стремимся привлекать на нашу площадку как можно больше добросовестных представителей отечественного бизнеса, чтобы предложить заказчику поставщиков, на которых можно положиться. За годы существования Единой электронной торговой площадки у нас накопились данные о том, как та или иная компания вела себя в ходе торгов, как выполняла контракт. На основе анализа этих данных мы собираемся составить реестр поставщиков, сделать его публичным, чтобы заказчики могли воспользоваться этой информацией при выборе исполнителя. Думаю, что реестр станет доступен на нашем сайте в начале октября.
– Я – предприниматель, ни разу не принимавший участие в электронных торгах. Как Вы аргументируете мне необходимость этого инструмента?
– Мы рассказываем поставщику, у которого несколько месяцев уходят на продажу продукции какому-либо заказчику, что у нас бывают торги с очень низкой конкурентной составляющей. Но даже на высококонкурентных рынках с нашей помощью поставщик может ежедневно участвовать в 50 электронных торгах, тогда как личных встреч ему удастся провести не более 5. Понятно, что шансы на успех у него будут выше.
Для многих компаний доходы, которые они получают благодаря электронным торгам, становятся если не доминирующей, то очень существенной долей выручки. А вход на электронную торговую площадку стоит 3000 руб. и пару часов времени почитать инструкции на сайте.
– Какими критериями должен руководствоваться предприниматель для выбора электронной площадки?
– Если посмотреть на это глазами заказчика, то в первую очередь надо оценить, насколько удобна работа на площадке для поставщика. Сколько стоят услуги, связанные с электронной подписью и обучением, каковы условия и сроки его аккредитации на площадке, какую информацию о торгах и как оперативно он получает, существует ли возможность пригласить нового поставщика к участию в торгах и насколько удобно и быстро он сможет прореагировать на это приглашение.
С точки зрения поставщика я бы, безусловно, посмотрел на объемы торгов, на заказчиков, которые присутствуют на той или иной площадке. Кроме того, важно понимать, что твой конкурент участвует в торгах на тех же условиях.
– Известно, что при прочих равных условиях пользователь делает выбор в пользу того, кто предлагает более емкий и полезный комплект дополнительных сервисов. Что есть в арсенале ЕЭТП для привлечения пользователя?
– Все необходимые сервисы – электронная подпись, обучение, электронный документооборот – наша компания предоставляет участникам торгов в режиме одного окна, в то время как многие наши коллеги-конкуренты ориентируются только на управление торгами, а дополнительные сервисы отдают партнерам. Все сервисы мы «тюнингуем» под нужды клиента.
Кроме того, мы используем передовое программное обеспечение, разработанное в России без использования иностранных лицензируемых компонентов. Мы не используем закрытых модулей, которые требуют иностранной поддержки.
Еще одно отличие нашей компании в том, что мы берем комиссию только с победителя коммерческих торгов, в то время как некоторые наши коллеги взимают абонентскую плату за участие в торгах.
– Какие инструменты Вы используете для защиты информации?
– Мы даем заказчику возможность, если он хочет, детально ознакомиться с регламентами, техническими средствами и специалистами в области информационной безопасности. Мы очень серьезно работаем над обеспечением безопасности данных и противодействием кибератакам, которые происходят очень часто.
– Существуют ли у ЕЭТП какие-либо инструменты по поддержке и сохранению репутации участника торгов?
– Мы способны четко и наглядно продемонстрировать любым контрагентам, какова репутация участников торгов – при помощи той аналитики, о которой я уже говорил.
Кроме того, участники торгов могут оставлять свои отзывы прямо на нашем сайте. Мы в автоматическом режиме интегрированы с реестром недобросовестных поставщиков, который администрирует ФАС. Если компания попадает в этот реестр, то это сразу становится известно заказчику.
Я уже говорил о том, что у российских компаний появляются широкие возможности для динамичного роста в тех сегментах рынка, где возможно импортозамещение. Важно, чтобы этими возможностями воспользовались те, кто действительно способен что-то сделать, а не просто любители подзаработать. Поэтому мы предпринимаем все меры для того, чтобы выделенные средства попали в надежные руки.
Источник: CNews
www.russianelectronics.ru/engineer-r/32149/doc/69557/


ГЛОНАСС-клуб. Развитие в России современной электронной компонентной базы


На вопросы, связанные с развитием в России современной электронной компонентной базы отвечают ведущие специалисты навигационной отрасли и представители разработчиков и заказчиков.
Насколько важно для формирования навигационно-информационной отрасли России развитие отечественного рынка производства навигационного оборудования?
Как вы оцениваете возможный рынок отечественных навигационных изделий и радиоэлектронной продукции? Каким образом нужно мотивировать российских разработчиков и производителей отечественной электронной продукции?
На ваш взгляд, располагает ли Россия научно-техническим заделом по перспективным технологиям в области разработки и создания электронной компонентной базы для средств навигации?
Какие задачи необходимо решить для разработки и производства конкурентоспособной электронной навигационной продукции в первую очередь? Они больше технологические или организационные?
Насколько остро, на ваш взгляд, стоит вопрос импортозамещения в создании электронной компонентной базы?
Виктор Иванович Балабанов, заведующий кафедрой «Технологии и машины в растениеводстве» РГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева, д.т.н., профессор, руководитель подкомитета ПК8 «Радионавигационные системы и средства управления в сельском хозяйстве» (Технический комитет по стандартизации ТК 363 «Радионавигация» Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии):
Несомненно, только развитие отечественного производства навигационного оборудования и разработка соответствующего программного обеспечения позволит навигационно-информационной отрасли России развиваться динамично, в независимости от зарубежных рынков и возможных экономических кризисов и международных санкций. Более того, по-моему, на определенном этапе ее развития не исключено, что именно зарубежная компонентная база будет тормозить развитие не только всей отечественной навигационно-информационной, радиоэлектронной, но и даже ракетно-космической отрасли.
В абсолютных цифрах оценить объем рынка навигационных изделий и радиоэлектронной продукции считаю весьма проблематично, ведь это и транспортная техника, и сельское хозяйство, и геофизическое оборудование, и военно-промышленный комплекс и многое-многое другое, но то, что он огромен не вызывает сомнения. Мотивацией для разработчиков и производителей продукции, прежде всего, является ее приобретение потребителями, а для этого нужно, чтобы она была конкурентоспособна с зарубежными аналогами. Возможно, на первом этапе потребителем отечественного навигационного и радиоэлектронного оборудования, использующих его в производственных целях, должны быть предоставлены государством какие-то преференции.
Я считаю, что Россия все еще обладает необходимым научно-техническим потенциалом в области разработки и создания электронной компонентной базы для средств навигации. Более того, при соответствующем государственном финансировании российская наука и производство способны разрабатывать самые передовые технологические решения. Ведь неоднократно признавалось на самом высоком уровне и в России, и за рубежом, что многие наши ученые и практики успешно работают в самых передовых научных центрах мира, таких как Европейский центр ядерных исследований (ЦЕРН), «Силиконовая долина» (США) и др.
Первоочередной задачей в этом направлении является подготовка высококвалифицированных специалистов, обладающих не только самыми современными знаниями и навыками, но и способных к креативному мышлению. Для этого необходимо соответствующее оснащение учебных заведений, прохождение практик на передовых предприятиях не только в России, но и за рубежом. Также необходимо создать необходимые условия для их возвращения на Родину, а для этого следует развивать отечественную исследовательскую базу, оснащать существующие предприятия современным оборудованием, чтобы были возможности не только снизить отток наиболее перспективных кадров и возвращения уехавших за рубеж отечественных ученых и практиков, но и притока зарубежных специалистов. Поэтому, как видим, перед отечественной навигационной, да и, в общем, всей и радиотехнической отраслью стоят задачи, как технологические, так и организационного характера.
Как я уже отмечал проблема импортозамещения электронной компонентной базы – государственная задача. Конечно, в условиях глобализации, международного разделения труда, целесообразно часть продукции, в том числе навигационных изделий, производить в регионах с более низкой стоимостью труда или энергетических ресурсов. Однако следует помнить, что от наличия собственного производства данного вида продукции, в настоящее время зависит не только уровень развития той или иной отрасли, но и в целом обороноспособность и конкурентоспособность государства.
Евгений Белянко, заместитель президента по стратегическому развитию НП «ГЛОНАСС»:
1. Принципиально важно. Сейчас система ГЛОНАСС функционирует в полном объёме, это один из самых успешных проектов СССР и России за последние 25 лет, но масштабное внедрение технологии ГЛОНАСС зависит от иностранных поставщиков навигационных приёмников. По итогам 2013 г., в России было продано порядка 750 тыс. навигационных приёмников ГЛОНАСС/GPS для массового профессионального рынка, и только 15% из них было произведено отечественными компаниями.
В данный момент система ГЛОНАСС является одной из двух действующих глобальных навигационных систем на нашей планете, она признана мировым сообществом и активно используется не только в России. Начиная с 2012 г., все новые навигационные чипсеты для массовой гражданской продукции поддерживают ГЛОНАСС.
Однако с 2015–2016 гг. ожидается постепенный ввод в эксплуатацию китайской и европейской систем спутниковой навигации: Beidou и Galileo. Сейчас многие производители декларируют поддержку всех четырёх систем, и даже пяти (включая японскую QZNSS). Но для удешевления стоимости приёмника может возникнуть соблазн уменьшения числа поддерживаемых систем.
Чтобы ГЛОНАСС не стал возможным способом экономии и для гарантии отдачи от уже сделанных инвестиций в ГЛОНАСС, нам необходимо иметь отечественные фирмы, производящие конкурентоспособные, в том числе по цене, приёмники.
2. Разработчиков и производителей можно мотивировать только объёмом рынка и перспективами вытекающих из этого прибылей. Здесь государство проделало колоссальную работу: с 2009 по 2013 гг. объём рынка навигационных приёмников на автотранспорте вырос в 23 раза! И 750 тыс. приёмников – это уже достаточно весомая величина, чтобы за неё бороться.
Благодаря таким новым государственным инициативам, как «ЭРА-ГЛОНАСС», система взимания платы с большегрузного транспорта массой более 12 т, цифровые тахографы и другие, мы ожидаем рост рынка к 2018 г. до 3 млн шт. в год. Это уже существенные объёмы для крупносерийного производства навигационных приёмников.
3. Вне всякого сомнения, обладает. Отечественные навигационные приёмники проигрывают конкурентам по цене, но никак не по качеству и потребительским свойствам. С точки зрения научно-технического потенциала у нас есть всё необходимое, чтобы получить большую выгоду от массового внедрения ГЛОНАСС как в нашей стране, так и за рубежом.
4. И те, и другие. Во-первых, нужно выстроить процесс развития любого проекта, который включает: консолидацию требований заказчиков для укрупнения проектов и повышения тиражей, согласование требований с заказчиками по конкретным разработкам, получение финансирования, выполнение работ, промежуточный контроль этапов, приёмку результатов работы заказчиком, подписание договора на серийные поставки. Очень важно, чтобы на последнем этапе НИОКРы не заканчивались «бумагой» и опытными образцами.
В технологической части необходимо освоение российскими компаниями техпроцессов 65 нм и менее, прежде всего создание маршрута разработки микросхем. Только такие технологии обеспечат низкую себестоимость производства и, как следствие, конкурентоспособность с ведущими мировыми производителями.
5. Для рынка военной и специальной аппаратуры необходимо освоение полного цикла разработки и производства на территории России. Это стратегическая задача государственной важности. Компоненты для этого рынка всегда имеют более высокую стоимость и ограниченные тиражи.
Для массового рынка, например для оснащения транспортных средств аппаратурой спутниковой навигации, нужно совсем другое. Микросхемы необходимо разрабатывать в России, в отечественных дизайн-центрах, а производить на зарубежных кремниевых фабриках. Такая схема используется всеми ведущими мировыми компаниями, которые занимаются разработкой микросхем для навигационных приёмников.
В НП «ГЛОНАСС» разработаны конкретные предложения по поддержке российских дизайн-центров навигационных приёмников и оборудования с использованием ГЛОНАСС. Их реализация может позволить в течение ближайших 2–3 лет вывести на рынок автомобильного навигационного оборудования конкурентоспособный приёмник отечественного производства.
Для этого, с одной стороны, необходимо развитие национальных компетенций в этой сфере: объединение существующих дизайн-центров и поддержка проектов этих компаний с использованием средств ФЦП ГЛОНАСС, программ Минпромторга и институтов развития. Опираясь на успешный опыт КНР, также целесообразно создание специализированного инвестиционного фонда совместно с институтами развития и специализированных технопарков.
С другой стороны, для достижения «эффекта масштаба» производства нужно продолжать активную работу по реализации крупных проектов внедрения ГЛОНАСС на внутреннем рынке и поддерживать программы экспорта российских дизайн-центров. В качестве инструмента целесообразно использовать, в том числе, такие инструменты, как создаваемый специализированный фонд и «Консорциум ГЛОНАСС» – объединение заинтересованных государств для равноправного использования и совместного развития системы ГЛОНАСС и потребительских технологий на её основе.
Александр Милкус, редактор отдела образования и науки ИД «Комсомольская Правда»:
Сейчас время транснациональных корпораций. То есть разрабатывают устройство в одном месте, проектируют в другом, сборочное производство работает в третьем. Например, отечественный смартфон YоtaPhone, который, кстати, принимает сигнал ГЛОНАСС, проектировали в России, здесь же работали основные команды программистов, а собирали устройство в Сингапуре.
Поэтому если мы в настоящее время хотим добиться максимально эффективности устройств, оптимальной цены – лучше их выпускать на предприятиях, заточенных под это. Где есть квалифицированные кадры и налаженная производственная линия.
Что, конечно же, не исключает развития собственной производственной базы. Но на современном уровне. А для ее подготовки и запуска нужно время. Хотя бы для того, чтобы подготовить нужные кадры.
Думаю, в вопросе есть и ответ. Рынок и должен мотивировать. Ну а то, что мало, но появляются достойные российские разработки – это хорошо. Но в целом на рынок они пока не влияют.
Для того, чтобы начать производить собственные микрочипы нам нужно еще вкладываться и вкладываться. Но производства уже есть. Думаю, они будут только развиваться. Но, опять же, чтобы обеспечить современных уровень продукции, нужны международные системы контроля качества, дизайна и разработки. Скажем, с Францией и Италией, которые сейчас лидеры в Европе по разработке подобных изделий.
Первым делом – создать рынок подобной продукции. Пока бОльшую долю рынка составляют изделия с GPS – они дешевые, качественные, под них заточены все программные продукты. Мы сейчас можем распространять ГЛОНАСС либо директивно (сверху), либо на основе госзаказа. Но таким образом обычного потребителя на ГЛОНАСС не пересадить. Но в ближайшее время я не вижу возможностей честной конкуренции устройств ГЛОНАСС с устройствами GPS. Мы не можем производить более качественную технику по более низкой, чем у устройств с GPS, ценой.
Сегодня это вопрос безопасности государства. Но, думаю, наладить собственное современное серийное производство мы сможем не раньше, чем через 3–5 лет.
Алексей Куценко, генеральный директор компании СпейсТимЛаб (СпейсТим холдинг):
Развитие отечественного рынка производства навигационного оборудования, прежде всего, означает поддержку российского производителя. Такая поддержка очень важна для любого из секторов экономики, включая радиоэлектронику.
Некоторое участники рынка придерживаются точки зрения, что, условно говоря, комплектующие целесообразнее производить там, где дешевле стоимость труда, например, в Юго-Восточной Азии. Согласен, что управлять уже созданными системами и получать прибыль за счет предоставления на их основе различных сервисов гораздо проще. Однако такая политика хороша до определенного времени, и в перспективе чревата потерей контроля не только над производственной цепочкой, но и над рынком в целом.
Расстановка экономических сил в мире стремительно меняется, стоимость рабочей силы в том же Китае стремительно растет. Свою роль также играют и политические факторы. Так, например, страна, которая являлась на протяжении определенного периода времени поставщиком дешевых комплектующих или оборудования, в силу тех же политических причин может быть «закрыта». Поэтому, чтобы не остаться у разбитого корыта, крайне актуально достичь технологической независимости от внешних поставщиков.
К развитию рынка отечественной навигационной аппаратуры потребителей (НАП), имею в виду устройства, разработанные и произведенные российскими производителями на собственных мощностях, отношусь с осторожным оптимизмом. На текущий момент навигационная отрасль – одна из немногих, где у нас сохранились инновационные наработки.
Мотивировать российских производителей можно с помощью льготного налогообложения и введения ряда заградительных мер для зарубежных производителей. Считаю, что проекты государственного уровня должны быть основаны на применении российских разработок. Более того, поддерживать и развивать нужно, в первую очередь, собственный рынок электронной компонентной базы, а не только тех производителей, которые занимаются сборкой из иностранных комплектующих.
Думаю, что да. Научно-технический задел у нас есть в области разработки и создания электронной компонентной базы для средств навигации. Несмотря на то, что производство находится в Китае, R&D все же сосредоточено в России. Навигация – это именно та ниша, которую нам нужно развивать и использовать для расширения рынка. Здесь не обойтись без покупки технологических линий, организации процесса полупроводникового производства.
Задачи одновременно и технологические и организационные. Для создания конкурентной электронной компонентной базы, в первую очередь, необходима закупка современных технологических производственных линий, организация процесса полупроводникового производства. Плюс организация защитных мер по отношению к отечественному производителю.
В условиях нестабильной экономической и политической ситуации данный вопрос стоит особенно остро. О негативных последствиях технологической зависимости я уже говорил ранее. В случае введения различного рода экономических ограничений мы можем оказаться в зоне рисков. Поэтому, еще раз отмечу, нам необходимо обретать независимость от внешних поставщиков в части создания собственной электронной компонентной базы. В частности, у нас имеются серьезные наработки на рынках двойного и специального назначения.
Николай Шелепин, заместитель генерального директора ОАО «НИИМЭ и Микрон» по научной работе:
1. Развитие этого рынка крайне важно. Ведь навигационная система – это одна из составных частей обеспечения информационной безопасности государства. Поэтому мировые державы, как правило, сами создают и контролируют национальный рынок навигационного оборудования.    
2. Есть Технический регламент Таможенного союза ТР ТС 018/2011 «О безопасности колесных транспортных средств», который предписывает обязательное оснащение определенных категорий транспортных средств аппаратурой спутниковой навигации. Кроме того, есть Федеральный закон Российской Федерации от 28 декабря 2013 г. N 395-ФЗ, регулирующий отношения, возникающие в связи с созданием и функционированием Государственной автоматизированной информационной системы «ЭРА-ГЛОНАСС». Они собственно и создают рынок навигационной аппаратуры.  Если государство возьмет под контроль этот рынок, обеспечив доступ к нему только российским разработчикам и производителям, мы сможем обеспечить его необходимой элементной базой.
3. Технологий уровня 90–65нм, которыми мы сегодня владеем, достаточно для производства на территории России необходимой ЭКБ для средств навигации.
4. Организационные. Государство должно защитить российского производителя на отечественном рынке навигационных устройств, в том числе через принятие решений о приоритетном использовании отечественной ЭКБ при производстве средств навигации.  
5. Вопрос стоит очень остро, в первую очередь по соображениям информационной безопасности государства. Использование импортной ЭКБ не может быть безопасным из-за возможности наличия в ней недокументированных возможностей и вредоносных «закладок».
Семён Видный, специалист в области применения навигационно-информационных технологий:
– Как Вы оцениваете текущее состояние российских навигационных модулей ГЛОНАСС?
– Существует очень много компаний, выпускающих навигационные модули с использованием технологий ГЛОНАСС. Среди них есть различные по уровню оснащенности, насыщенности, функциональности, адаптивности и надежности. Сразу же оговорюсь, что модули должны быть и простые и сложные и суперсложные, хотя сейчас все делают ставку на универсальность. Но это временно, так как модули применяются однобоко – только в транспортной телематике.
Имеет смысл рассматривать их вкупе с тахографами, терминалами системы ЭРА-ГЛОНАСС и другими устройствами, но всё отдано на откуп коммерческим структурам, и каждый тянет одеяло на себя – один тахографы продаёт, другой терминалы, а третий модули ЭРА-Глонасс. Это сказывается на конечном потребители, которому надо покупать много устройств, не по самым дешевым ценам, а еще и сопровождения качественного нет. Да и смысл для себя собственник не видит, то что ему надо было – он и так приобрел, но теперь вынужден покупать новее, чтобы выполнить и обязательные требования.
Так что модули разные нужны, модули разные важны.
Другой вопрос, а что это за модули? В большинстве – это сборка российская, а компонентная и элементная база – импортные. Это при том, что большая часть оборудования обеспечивает вопросы безопасности транспорта, людей и страны. Говорить о национальной безопасности даже не приходится.
То есть Вы говорите, что у нас федеральная целевая программа ГЛОНАСС работает на прибыль зарубежных компаний?
В большей степени – да. Но и отечественные сборщики не хотят терять свою выгоду, поэтому купленные комплектующий за рубежом с себестоимостью на одном изделии до 100 долл., продаются у нас уже по цене 300 долл.
Мы говорим, что у нас дорого покупать комплектующие, но если поставить условия для производителей отечественные навигационных терминалов, и на первое время выделить госсубсидии, то в стране производители ничего не потеряют, а найдут больший рынок сбыта.
И что для этого необходимо?
Первое – законодательно оформить требование, что все государственные контракты и работы, связанные с обеспечением безопасности, в т.ч. и для людей, должны производиться только на российской элементной и технологической базе.
Второе – законодательно оформить поддержку таких производств, хотя бы налоговыми льготами на стартовый период.
Третье – законодательно оформить обязательную сертификацию всех таких средств в государственных органах, и не только по соответствию техническим требованиям, а и по влиянию на человека, по соответствию требований к средствам измерения, но и по соответствию требованиям по защите информации.
Как пример: в России на данный момент продаётся большое число импортных тракторов. Они реализовываются с предустановленным системами GPS-навигации, а также удаленного технического контроля. Это не опции, это базовая комплектация. Таким образом вся информация с этой техники постоянно передаётся в центры компаний-производителей, то есть там знают всё о работе этой техники, и соответственно делаю стратегический анализ. Мы этого не делаем, но может всё-таки возьмемся за эту часть, одновременно лишив конкурентов стратегической информации?
– А как оценивают сами пользователи навигационных систем качество оборудования ГЛОНАСС?
Здесь несколько оценок:
Первоначально все продавцы позиционируются. Как поставщики оборудования, соответствующего нормативным требования, хотя это проверить нельзя, так как обязательной сертификации на соответствие этим требованиям нет, а добровольную провели единицы и по единицам приборов. То есть уже в начальном периоде идет обман потребителя.
Далее все смотрят естественно на цену. Так как если все соответствуют, то зачем платить дороже. Но оборудование дешевое работает некачественно, не долго. Пользователи на собственной шкуре это чувствуют, и тратят колоссальные деньги. По скромным подсчетам где-то от 20% приобретателей не довольны купленным оборудованием, т.е. по аналитике за прошлый год, когда было оснащено около 400 тыс. транспортных средств, приобретали выложили на рынке лишний 1 млрд. рублей. А за всё время оснащения (более 1,5 млн. средств), честно говоря украдено у собственников транспортных средств (путем продажи некачественного оборудования) более 3 млрд. руб. И это поощряет государство путем своего бездействия.
Далее собственник устанавливает оборудования используя компании-интеграторы, которые за год выросли, как грибы, и не имеют по большей своей части достаточных ресурсов и навыков. Но с горем пополам ставят, не неся ответственности за качественное обслуживание. Установка и переустановка. Настройка отнимает у собственника время, отвлекает технику, он несет издержки, а в большинстве и убытки. То есть теряют все: собственник, предприятия, страны в целом.
Начинается самый интересный период – когда собственник узнаёт, что купил не тол оборудование, с неполным функционалом, интегратор не дал полный функционал в программе и не может его обеспечить. Начинается метание: кто, как с наименьшими издержками сможет выполнить эти требования. Вот таких компаний уже немного, но подбирать за всеми они не могут.
А вот здесь пользователь выясняет, что для эффективного использования оборудования необходим хороший программный продукт, а в большинстве своем – система, так как оборудование только снимает и передает информацию. Но ведь необходима адекватная оперативная удобоваримая информация, которую могут предоставить лишь считанные компании.
Таким образом мы показали пути мытарств пользователей навигационного оборудования, что они имеют и с чем работают.
– А что здесь можете предложить?
Единый реестр поставщиков оборудования, который должен вести федеральный орган после сертификации оборудования и самих производств.
Единый реестр интеграторов оборудования и систем который должен вести федеральный орган после сертификации предприятий, специалистов.
Постоянный мониторинг интеграторов на предмет добросовестности и качества обслуживания, с отзывом лицензий за некачественное предоставление услуг.
Постоянный консультационный совет, как технического, так и комплексного плана под эгидой Правительства РФ для оценки текущего состояния, наработок, выработки решений и программ, формирования планов развития.
Постоянная рабочая группы с научными и производственными структурами на предмет перспективного развития, выработки совместных решений и разработок, а также для оценки эффективности реализации различных программ.
Работа постоянного оперативного органа по взаимодействию различных структур по этому направлению, для реализации государственных программ и задач, в т.ч. и на уровне регионов.
Работа федерального консультационного органа по правовым, техническим, инновационным вопросам в области навигационных систем и их применения во всех отраслях народного хозяйства, на уровне Минтранса РФ, Правительства РФ и других федеральных органов власти.
– А что Вы сами можете сказать про навигационное оборудование и системы на базе ГЛОНАСС?
Вообще очень сложно оценивать и сравнивать при отсутствии таковой системы на уровне государства. Последнее время появилось множество различных сравнительных анализов для коммерческих структур, естественно, в большей степени, решающие проблему рекламы. Но рациональное зерно в этом есть. Сейчас необходима информационная поддержка, но не в рамках кого-то, а во имя равного информирования и доступа к технологиям.
Наука вообще воздерживается от каких-либо официальных комментариев, т.к. у самих неразбериха в структуре. Но напрашивается мнение о федеральном научном органе с аттестованной независимой лабораторией по проверке, допуску и сопровождению не только оборудования, но и навигационных систем в целом, на всей территории страны. Эта структура должна проверять соответствие и давать разрешение на применение навигационных систем с учетом ограничений по техническим возможностям, по обеспечению безопасности информации, по обеспечению государственной безопасности.
Субъективно могу сказать, что всё больше становится хорошего оборудования, позволяющего достоверно, своевременно, оперативно и с наименьшими затратами передавать мониторинговую информацию в системы потребителей. Но встала проблема, о которой все замалчивают. Это программная обработка информации в обеспечении эффективности предприятий и пользователей.
Раскрою побольше эту тему. Потребитель получил информацию и начинает думать, как её применить. Ему необходимо её отдать для анализа диспетчерам, инженерам, экономистам, управленцам, логистам и т.п. Но для всех разные требования, а системы, как правило не масштабируемые, не настраиваемые, с закрытыми протоколами, что не позволяет их адаптировать под системы учета, управления. Большинство интеграторов провозглашаю универсальность систем, а на самом деле чуть лучше, чем другие.
Также проблема с дальнейшим развитием систем, их модернизацией, совершенствованием под клиента. Здесь все зарабатывают на чем могут, что правильно для бизнеса, но не правильно для государства. Не секрет, что государство всё равно будет всю информацию сводить воедино. Тогда почему уже сейчас не начать поэтапно работать в этом направлении и предоставлять требования к будущим слагаемым Единого информационного пространства.
Мы, как обычно, строили, строили, а что построили, и сами не знаем. Поэтому нужна понятная долгосрочная стратегия, но не узко заточенная под деньги, а под государственные интересы с возмещением затрат, но только в рамках страны. А то сейчас затраты на развертывание и содержание ГЛОНАСС идут мизерные, т.к. все комплектующие – за границей, дополнительное оборудование – за границей, комплексные системы мониторинга и анализа – из-за границы.
Пора прекратить использовать национальные задачи в интересах кошельков. Всё должно быть в разумных пределах. Нынешняя маржа на оборудовании в 300–400% убьёт всё, а если прикинуть еще и маржу на услугах около навигационных систем в 200%, то получается, что сейчас все обкрадывают государство, которое законодательно заставило приобретать услуги и системы, а весь доход уходит в частные руки, котрые в развитие вкладываться не хотят.
Предлагаю провести широкое обсуждение в различных рамках, на различных площадках с широким представительством, не только заинтересованных, но и обязательных чиновников и специалистов. А за работу затем спросить. Каждый должен отвечать за то, что сделал, делает и думает делать. Тогда и будет порядок и толк, единство и качество. Источник: Vestnik-glonass.ru
www.russianelectronics.ru/provider-r/review/08.09.2014


Российская микроэлектроника


День без турникетов – «Микрон»


Цеха сборки карт для метро, чипов для загранпаспортов и универсальных электронных карт (УЭК), а также «чистые комнаты», где на кремниевых пластинах делают кристаллы 180-90 нм и готовятся запустить линию 65 нм – всё это зеленоградский завод продемонстрировал участникам открытой экскурсии «День без турникетов«.
Акция привлекла не только зеленоградцев, но и москвичей – студентов, журналистов и даже школьных учителей. Помимо технологий «Микрона» обсуждали состояние отечественной микроэлектроники, её место в гонке за мировыми лидерами и зависимость от импортного сырья и оборудования.
«Сердце микроэлектронного производства»
Чистые комнаты расположены буквально через два коридора от проходной. Впрочем, по пути к ним нужно миновать несколько этапов одевания и много дверей с предостерегающими надписями. Площадь чистых помещений у «Микрона» – больше 3,5 тыс. кв.метров, инфраструктура вокруг них занимает еще 10–15 тыс. кв.метров: трубопроводы, кондиционеры, система вентиляции и фильтров.
«Микрон» производит сегодня около 400 наименований различных микросхем. Нас ведут на производство кристаллов с топологическим уровнем 180–90 нм по лицензии французской компании STMicroelectronics – линию официально открыли в 2007 году, на ней используются пластины диаметром 200 мм и производятся чипы для транспортных билетов, SIM-карт, паспортно-визовых документов и универсальных электронных карт (УЭК), а также RFID-метки.
От топологии 90 нм завод готов шагнуть к 65 нм, эту технологию разработали на «Микроне» самостоятельно, включая все библиотеки элементов проектирования (PDK). С опорой на опыт освоения технологической линейки 180–90 нм на это ушло два года и около 2 млрд руб., преимущественно собственных вложений «Микрона», а также государственных инвестиций. Тестовые запуски линии 65 нм уже идут, технологию проверяют «в железе» и готовятся в этом году передать PDK дизайн-центрам для проектирования и размещения заказов.
При создании интегральных микросхем с топологией 90нм с пластиной нужно произвести около 3,5 тыс. операций длительностью от 15 мин. до нескольких часов. В среднем одна пластина изготавливается два месяца, а цикл разработки чипа может длиться до года. «Фактически, мы должны уже сегодня разрабатывать продукты, которые сможем выпускать в серии года через полтора. В связи с этим в микроэлектронике очень важно понимать, в каких направлениях развивается рынок и какие микросхемы будут востребованы, чтобы просчитать ситуацию и решить, что нужно разрабатывать», – говорит Алексей Дианов, директор по корпоративным коммуникациям «Микрона».
Слева – цех измерений производства микросхем 180 нм, аппаратура тут позволяет отследить правильность выполнения разных технологических этапов. Справа – производство микросхем 90 нм, новые станки. Здесь проходит ряд операций: фотолитография, травление, измерения. Этажом выше стоят печи для ионного легирования. Чипы 180 нм идут в транспортные карты, УЭК, паспортно-визовые документы, кристаллы 90 нм – это в основном процессоры собственной разработки «Микрона».
Между цехами узкий стеклянный коридор, в который экскурсантов пускают посмотреть на технологии поближе.
Импортозамещение или импортонезависимость?
«Всё оборудование импортное?», – спрашивают гости. Выясняется, что в России машиностроение для нужд электроники закончилось в 80-х годах. Впрочем, у «Микрона» есть еще линия производства микросхем силовой электроники на пластинах диаметром 150 мм – там используется одна установка для измерений от белорусского поставщика, завода «Планар». А вот на аналогичном производстве Воронежском завода полупроводниковых приборов (ВЗПП) «Микрон» до сих пор работают в том числе и советские станки.
Материалы и сырьё, которым обеспечиваются технологические линии «Микрона» в Зеленограде, привозят из-за рубежа, за исключением простых газов, кислорода и азота, и деионизованной воды, которую «Микрон» делает сам. Её нужно очень много для промывки пластин и оборудования на разных этапах производства – это вода, в которой 1 молекула примеси приходится на 1 триллион молекул Н2О, чтобы посторонние частицы не повредили пластины. Но даже при сварке трубопроводов для деионизованной воды нужно использовать только чистейший импортный аргон, иначе примеси газа остаются на сварном шве и могут вместе с водой попасть в установку и её испортить.
«Теоретически замечательно было бы построить в России завод по производству чистых газов или материалов, но кто будет потреблять его продукцию? Два-три завода микроэлектроники в стране? Завод получится нерентабельным. – Рассуждает Дианов. – Предположим, такой завод сможет вырабатывать 50 тыс. т в месяц, «Микрон» возьмет 2–3 тысячи, еще кто-то 1 тысячу, куда деть всё остальное? Экспортировать не получится, за рубежом весь рынок давно поделен. Микроэлектронных заводов-потребителей в России слишком мало. Мы ничего не можем с этим поделать и вынуждены покупать почти всю химию за рубежом. Это диктует и технология, и доступность».
С кремниевыми пластинами похожая ситуация: пластины диаметром 200 мм на «Микроне» только импортные – в Зеленограде подобные пластины делает компания «Эпиэл», но они не соответствуют определенным технологическим параметрам производственной линейки «Микрона». Наладить выпуск в России нужных пластин нереально, завод не выживет при заказе в 3 тыс. пластин в месяц от единственного зеленоградского потребителя, а других заказчиков в стране нет. С пластинами 150 мм несколько проще – на них работает ВЗПП «Микрон», у которого есть российские поставщики. Но даже это не те объёмы: для рентабельности отечественного производства пластин нужно продавать их десятками тысяч ежемесячно.
Для линии 180–90 нм не существует и отечественных фотошаблонов с нужными характеристиками – «Микрон» использует импортные. «Есть несколько компаний в мире, которые занимаются производством фотошаблонов под заказ, это нормальное международное распределение труда», – считает Дианов. Зеленоградский центр фотошаблонов, который с 2006 г. действует при МИЭТе как центр коллективного пользования, технологически несовместим с производством «Микрона».
Сборочное производство
«Микрон» выпускает около 30 млн транспортных чипов в месяц – на заводе реализован полный цикл от разработки микросхем до создания конечных транспортных карт. На этапе сборки пластину, на которой помещается 90 тыс. чипов, режут на кристаллы, их наклеивают на специальную плёнку и устанавливают в сборочный конвейер. Автомат с вакуумной присоской берет по одному кристаллу и ставит на карту.
Готовые билеты проходят персонализацию. Именно поэтому здесь нельзя фотографировать – по договору с заказчиками, в частности, Мосгортрансом, на производстве должна быть обеспечена защита от несанкционированного доступа к данным билетов. Скандал с подделкой карт и кражей их кодов в ИТ-службе метрополитена, который произошел несколько лет назад, уже забыт широкой публикой, но стал поводом для ужесточения норм безопасности.
Рядом находится линия по сборе чипмодулей для УЭК и для загранпаспортов, контроль и герметизация этих чипсетов.
Отдельно расположено сборочное производство банковских карт на импортных чипах: там кристалл интегрируется в чипмодуль и устанавливается в банковскую карту, на пластик наносят рисунок и магнитную полосу. Экскурсии в этот цех не водят вовсе – доступ посторонних запрещен, на входе установлены камеры, записи с которых регулярно отсматривают специальные службы. Несанкционированные посетители – основание для отзыва лицензии у завода.
«Стоимость оборудования и производства очень высока, в среднем горизонт возврата инвестиций при строительстве микроэлектронного завода – а современные заводы могут стоить порядка 5 млрд долл. – составляет более 10 лет при кредите на строительство под 3–5%. В России такой кредит взять нереально, поэтому у нас горизонт несколько дальше, и мы должны искать более маржинальные продукты, чтобы расплатиться за оборудование», – рассказывает Дианов.
Помимо высокотехнологичных чипов 180–90 нм «Микрон» успешно выпускает и продаёт микросхемы силовой электроники, элементы для управления питанием – преобразователи напряжения, конвертеры – на пластинах 150 мм. Это еще одно производство, где нет условий для экскурсий. Оно выдаёт 50 млн микросхем в месяц на экспорт, преимущественно в страны Юго-Восточной Азии, и еще 400 тыс. – на внутренний рынок. За рубежом такие чипы корпусируют и устанавливают, например, в зарядные устройства: в мире каждый десятый «зарядник» содержит микросхему от «Микрона». Разумеется, надписей «Микрон inside» на них нет – чип придётся протравить до нужного слоя, чтобы обнаружить маркировку завода-изготовителя.
Каждому чипу – своё место
На предприятии считают, что технологический уровень и востребованность микроэлектронной продукции не определяются только лишь нанометрами их топологии – этот нюанс не всегда улавливают критики «устаревших отечественных производств». Есть огромный ряд номенклатуры микросхем, которые не нужна, а иногда и невозможно делать размером в 20–22 нм или в 15–16 нм, к которому стремятся мировые гиганты отрасли Samsung или TSMC. Вся автоэлектроника построена на микросхемах 180–130 нм, космическая электроника – на элементной базе 250–350 нм, так как защиту от космической радиации нельзя реализовать на кристаллах меньшего размера по физическим условиям. Невозможно запустить процессор из iPhone на орбиту.
«Сколько в России предприятий занимаются производством микросхем?», – интересуется один из самых дотошных участников экскурсии. «Предприятия, которые делают микросхемы по современным технологиям, можно пересчитать по пальцам, – отвечает Дианов. – Есть микросхемы СВЧ, ими занимаются заводы Росэлектроники, там тоже есть чистые помещения. В Зеленограде работают «Ангстрем» и «Микрон». Воронежский ВЗПП «Микрон» делает силовую электронику по топологии 2,5–3 микрона, это 3000 нм – тем не менее, 18 тыс. пластин в месяц там выпускают, спрос есть. Ведь в современном телевизоре, например, сотни две микросхем разных наименований, из которых нанометровая топология нужна только для одной – для чипа памяти или процессора. Всё управление питанием – это чипы 1–2 микрона или 0,6–0,8 микрон, то есть 2000–600 нм, сильные токи просто разрушат чип с меньшими топологическими размерами».
Серьёзных отечественных разработчиков в отечественной микроэлектронике тоже немного. По сути, для линии 65 нм «Микрона» пока есть один потенциальный «клиент» – московская компания МЦСТ весной этого года заявила о завершении разработки четырехъядерного микропроцессора «Эльбрус-4С», который готов к началу серийного выпуска и «будет производиться в России», как сообщало РИА Новости. По мнению Дианова, пока в стране очень мало специалистов, которые бы работали с топологиями передового уровня, по которым сейчас производят процессоры компании вроде Intel или IBM. «Опыта не хватает – его нам никто не продаст, нужно нарабатывать самим, а это время и деньги», – говорит представитель «Микрона».

Источник: Zelenograd.ru

http://www.tadviser.ru/index.php/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F:%D0%9C%D0%B8%D0%BA%D1%80%D0%BE%D1%8D%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0_(%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D1%80%D1%8B%D0%BD%D0%BE%D0%BA)


Консультации

Отдел перспективного маркетинга:
Тел.                       + 375 17 398 1054
Email: markov@bms.by
ICQ: 623636020
Бюро рекламы научно-технического отдела
Тел.                       + 375 17 212 3230
Факс:                     + 375 17 398 2181


Home Map

Back

Contact

Engl Russ

© Reseach & Design Center 2014